Место для дискуссий

Пролив закрыт, нефть продолжает дорожать: фьючерсы торгуются уже по 105 долларов за баррель (ссылка). Однако 105 долларов вы можете купить только «бумажную» нефть. Если же вам нужны не лукавые цифры на экране монитора, а густая чёрная жидкость, поступающая по трубам на ваш НПЗ, то цена будет значительно выше: иногда уже 140–150 долларов за баррель. При этом скоро конец месяца, и по техническим причинам бумажной цене придётся подтягиваться к физической (ссылка).

Если коротко: в последний рабочий день апреля карета превратится в тыкву. Подойдёт экспирация июньского брента, и бумажные фьючерсы подмагнитятся к реальным ценам физического североморского рынка, то есть к ценам, по которым вы можете купить себе реальные 700 тысяч баррелей с отгрузкой через Хаунд-Пойнт или Тиссайд.

( Collapse )

Британского бортпроводника арестовали в США, когда он помешал девушке пролезть без очереди во флоридский диснейленд. Мужчина говорит, что девушка нагло втиснулась прямо перед ним, а он придержал её рукой, сказав «тут очередь». Девушка утверждает, что она торопилась догнать компанию друзей, которые уже прошли внутрь, а мужчина сильно оттолкнул её двумя руками, и у неё даже расплескалось из бутылки немного воды (ссылка, ссылка).

( Collapse )

По наводке Кримсональтера и Эдварда Чеснокова нашёл справку Госбанка СССР от 1945 года, где говорится, что курс советского рубля безбожно завышен, а производительность труда в СССР очень низка. Справку подготовил профессор Захарий Атлас, член бюро экспертов Правления Госбанка СССР.

Там он пишет, например, следующее (ссылка, стр. 68):

( Collapse )

Дональд Трамп высказался в том духе, что он всё порешал с Ираном, и майская нефть упала до 90 долларов за баррель. Может показаться, будто Ормузский кризис позади, и скоро нефть вернётся к «норме», то есть к 60–70 долларам за баррель.

( Collapse )

Рубль всё ещё крепок, неприятно крепок. Экспортёрам плохо, так как доходы у них в валюте, а расходы — в рублях. Плохо и бюджету: чем сильнее рубль, тем сложнее финансировать Спецоперацию. Импортёрам хорошо, да вот только импортные китайские товары душат отечественного производителя.

( Collapse )

Нефтюшка вчера рухнула до 95 долларов. Колебалась вокруг 115 долларов, но Дональд Трамп сыграл в голубя, и новости о мирных переговорах с Ираном сбросили баррель сразу на 20 долларов вниз. Это много. Россия экспортирует примерно 1,7 млрд баррелей в год, так что для нас 20 долларов на графике — это два с половиной триллиона рублей. Я сильно упрощаю, конечно, но масштаб именно такой: триллионы рублей. С другой стороны, в феврале-то нефть торговалась по 65 долларов. Это значит, что если нефть надолго застрянет хотя бы на отметке 95, то мы заработаем на триллионы рублей больше, чем рассчитывали ещё пару месяцев назад.

( Collapse )

Принято считать, что Россия ужас как зависит от экспорта и, вообще, намертво насажена на «нефтяную иглу». Отчасти это правда. Наша экономика действительно серьёзно зависит от экспорта нефти, газа, топлива, металлов, удобрений, пшеницы и многих других товаров. Особенно от экспорта углеводородов, конечно, но не только от него.

( Collapse )

Нехватка нефти, газа и нефтепродуктов становится всё острее. Боль распределяется неравномерно, так как каждый НПЗ «настроен» на определённые сорта нефти, и заменить одну нефть другой не всегда возможно за разумные деньги или короткий срок. Сильнее всех страдает Азия: 83% газа из Ормуза шли именно в Азию, а Китай, Индия, Япония и Южная Корея вместе покупали около 70% нефти.

Европа потребляла относительно немного «ормузской» сырой нефти, зато 25–30% спроса на авиакеросин европейцы закрывали поставками из Залива. В Италии уже вводят топливные ограничения в некоторых аэропорта, причём суровые — иногда заправляют только на один час полёта (ссылка).

С дизелем тоже проблема. В Азии бензоколонки закрываются уже сейчас, а Европа только начинает ощущать дефицит. Если Израиль не разрешит Трампу быстро закончить войну, то в мае нехватка солярки в Европе может стать острой. Критическая проблема, так как экономика Европы во многом основана на движении грузовиков, а грузовики работают на дизельном топливе, и заменить его сложно.

( Collapse )

Главный иранский нефтяной терминал расположен на острове Харк, в 25 километрах от побережья Ирана. Остров небольшой, его можно обойти за один день. Точнее, можно было бы, если бы туда пускали всех подряд: местные жители называют его «Запретным островом» за строгий пропускной режим. Причина строгостей — портовые мощности, через которые проходит более 90% нефтяного экспорта страны.

Во время Ирано-иракской войны, в 1980-е, терминал был серьёзно повреждён бомбардировками, так как это самая очевидная цель, самое уязвимое место Ирана. Если враги ставят себе задачу нанести Ирану максимальный ущерб, они неизбежно приходят к идее бомбить остров Харк.

( Collapse )

Допустим, нефть торгуется по 80 долларов за баррель (спасибо Израилю), а в бюджетном правиле стоит цена отсечки 59 долларов. Вот что это значит на практике.

1. Компания Скважнефть продала нефть за 80 долларов.

2. Государство состригло с компании жестокий налог, забрав себе практически всю прибыль Скважнефти сверх минимальной.

(В некоторых варварских странах Запада так делают с налогами граждан: с маленькой зарплаты гражданин платит 20% налога, а с высокой — 90%. Вот у нас то же самое, только не с гражданами, а с нефтяниками).

( Collapse )