День предпринимателя должен быть одним из главных праздников в России
Персонаж на приложенном снимке — Колыван, «алчный и лживый купец», один из главных злодеев франшизы «Три богатыря». Образ яркий, школьники уже растащили его на мемы. Сама франшиза стала важным культурным явлением: по ней уже вышло 13 фильмов и несколько компьютерных игр. Создатели франшизы вроде бы сами предприниматели, но из советской творческой интеллигенции: предположу, они считают себя скорее одухотворёнными творцами, чем приземлёнными купцами. Само собой, это не мешает им жёстко отстаивать в судах авторские права.
За рубежом иначе. Китай мы на днях обсуждали: там мультипликаторы купцов уважают и любят. Но и на Западе образ предпринимателя тоже по умолчанию положительный. Цитирую Глеба Архангельского (ссылка):
В «Теории большого взрыва» я сразу обратил внимание на Джорджа Купера, старшего брата главного героя. На фоне научных и околонаучных фриков неожиданно здравый и внятный человек — в той сцене, когда он напоминает Шелдону, кто содержал семью после смерти отца и оплачивал его университет. Не было бы никакой Нобелевки без простоватого с виду парня, любящего торговать шинами и искренне хотящего делать это лучше всех, ну хотя бы в масштабах штата Техас.
В «Детстве Шелдона» Джорджи раскрылся сначала как прекрасный продавец и ответственный отец, хоть и «по залету». Но потом как главное, что можно сказать о мужчине, в особенности о мужчине-предпринимателе — как мужик, несущий ответственность. Когда все рыдали над гробом отца, Джорджи сказал главные слова — «Не переживай, папа. У меня все под контролем». И вполне за эти слова отвечал.
Мы унаследовали от прошлой эпохи сословное общество. В принципе, ничего страшного или плохого в этом нет: общество без цветовой дифференциации штанов обречено на вымирание. Проблема в том, что предприниматели находятся даже в худшем положении, чем низшие касты в Индии. Низшие касты знают о своём статусе и используют его на всю катушку: например, делают деньги на занятиях, «слишком грязных» для высших каст, или черпают душевые силы в своей моральной правоте. Русские предприниматели, напротив, живут в мире иллюзий. Многие из нас болеют так называемой «самоненавистью»: пытаются подлизаться к высшим кастам, поддерживая аморальный миф, согласно которому бизнес — это зло.
Казалось бы: современная армия опирается на крепкий тыл, а крепкий тыл создают именно предприниматели, так как государственные заводы закрывают критически важную, но очень узкую часть потребностей воюющей страны. Моральный дух сограждан — исторически уязвимое место в России — тоже обороняют предприниматели. Одна из главных причин, по которой Россию на этот раз не удалось купить «за жвачку и джинсы», заключается в том, что жвачка и джинсы свободно лежат на полках, причём в хорошем качестве и по низкой цене.
Современная наука, в свою очередь, может развиваться только внутри сильной экономики, где предприниматели оплачивают новые технологии и выделяют значительные деньги университетам.
В общем, коллеги, было бы правильно и справедливо, чтобы День предпринимателя был одним из главных праздников в современной России. Можно даже оставить его рабочим днём — предприниматели не особо любят отдыхать. Пока что, однако, нам до этого далеко. «День российского предпринимательства» был вчера, 26 мая, и каки-то размашистых торжеств по этому поводу я как-то не наблюдал.