1. Лорд Дансени – британский писатель и один из основателей жанра фэнтези в мировой литературе – посвятил теме революции в России одно из своих произведений: короткую пьесу «На Святой Руси», опубликованную в сборнике «7 современных комедий» в 1928 году. Цитирую фрагменты из русского перевода . Краткий пересказ сюжета – в 1912-м революционно настроенные обитатели русской усадьбы обсуждают свержение монархии, а потом одному из них приходит видение России 1920 года: Алексей (Зертчину) . Вы готовы потрудиться для России? Зертчин . Я очень хочу увидеть Святую Русь свободной. Алексей . Прежде всего научитесь больше не упоминать о "Святой Руси". Она осталась в прошлом, а всё прошлое дурно. Мы будем свободны только тогда, когда окончательно от него избавимся. Прошлое попытается связать вас старыми обычаями, протянет руки, чтобы удержать вас, принесет цепи, чтобы сковать вас покрепче; и старые обычаи, и цепи, и руки – все должно быть уничтожено. То, что прошлое сделало святым, теперь должно стать греховным, и только то, о чем никто прежде не смел говорить, то, о чем никто не дерзал помыслить, будет теперь святым. Только так мы обретем свободу. <…> Алексей . <…> Почему Русские нарушают закон? Потому что это — не их закон. Это — не закон свободных людей, но закон тирании, которую они терпеть не могут. Когда тирания падет, и законы станут собственными законами людей, созданными для них и ради них — разве русский станет нарушать их? <…> Алексей . Да, в императорских дворцах достаточно золота и драгоценностей, чтобы прокормить всех людей России в течение года, даже если они вообще не будут работать. Но они будут работать, и работать для себя: не будет никакой арендной платы хозяевам, никаких процентов на взятые взаймы деньги; мы отменим капитализм. Богатства России будут принадлежать людям России. Эти богатства безграничны; они огромны. Мы всё рассчитали, и мы выяснили, что каждый крестьянин будет так же богат, как любой адвокат, священник или доктор в большом провинциальном городе. И кроме того, не будет никаких налогов, или их останется совсем немного. Иван . Всё потому, что не надо будет содержать ни армию, ни флот. Ведь так, Алексей? Алексей . Они будут лишь в самом начале, а потом другие народы научатся у нас и перестанут стремиться к войне. Зертчин . Но если кто-то нарушит законы свободной России, что тогда, Алексей? Алексей . Если нарушит? Что же, если кто-то так поступит – он будет помещен в замечательную школу. Не в сибирскую тюрьму, как делали империалисты. В этих школах мы будем обучать людей, чтобы они поняли свои ошибки. Потом мы освободим их, и они возвратятся лучшими гражданами, чем все остальные – мы научим их всему необходимому. <…> Зертчин . Голод! Алкоголь (радостно) . Да. Зертчин . Как! В России? Алкоголь . Да. Здесь в России. Зертчин . Ох! … Нет, но этого не должно быть. Люди в России не должны голодать. Я дам им денег, чтобы купить хлеба. У меня есть сто рублей. И я могу получить еще больше. Люди в России не должны голодать. Сюда, добрые люди. (Он делает к ним шаг, протягивая бумажные деньги) Сюда. (Но он упирается в слой прозрачной ткани, и обе руки тщетно пытаются разорвать её, на самом деле он никак не может коснуться ткани и не может пройти дальше. Никто его на замечает.) Алкоголь . Ты не сможешь. Это слишком далеко. Зертчин . Слишком далеко? Алкоголь . Да, это – Россия 1920 года. Зертчин . Будущее! Что я могу сделать? Алкоголь . Ты сделал всё, что мог сделать. Зертчин . Я? Примечательно удивление, с которым сам автор, устами своего персонажа, пишет о голоде в России в 1920 году. Россия до революции кормила своим хлебным экспортом всю Европу и считалась страной с хорошо развитым сельским хозяйством: предположить, что в России начнётся настоящий голод с многомиллионными жертвами никто не мог. Напомню, что голод 1891-1892 годов, который был вызван неурожаем, и который враги России рекламировали под именем «Царь-голод», был страшен прежде всего тифом и холерой, а не физическим отсутствием калорий. Проблему минимального снабжения продовольствием русское правительство и международные организации решили довольно быстро. Пьеса, написанная о России англичанином, немного наивна и отдаёт клюквой: Дансени не вполне представлял себе, как звучат реальные русские фамилии, а русские у него под разговоры о политике непременно пьют водку. Тем не менее уровень наивности рядовых революционеров мистер Дансени представлял отлично. Кстати, коллеги, как думаете, если бы в 2013 году в Киеве знали, что будет через 10 лет, позволили ли бы киевляне майдану победить? 2. Современные апологеты революционных головорезов и головотяпов утверждают, что голод в послереволюционной России начался из-за гражданской войны (в начале которой, по их мнению, большевики невиновны, но это отдельный вопрос). Однако сам по себе этот тезис сомнителен: войны, в том числе гражданские, далеко не всегда сопровождаются голодом, тем более таким масштабным. Скорее, крах экономики страны был связан с тем, что взявшие власть большевики, во-первых, не умели управлять экономикой, а во-вторых, пытались ультранасилием воплотить в жизнь наивные и заведомо плохие планы. Историк Александр Дюков пишет ( ссылка ): Ленин, апрель 1918 г.: "Социалистическое государство может возникнуть лишь как сеть производительно-потребительских коммун". То есть сложность устройства экономики и государства глава страны просто не понимает. Как будут в условиях производительно-потребительских коммун существовать города? транспорт? армия? правоохранительные органы? образование? Нет ничего удивительного, что в городах, контролировавшихся властями с такими представлениями в голове, немедленно начался хаос и голод. 3. А вот как Ленин планировал устройство органов правопорядка ( ссылка ): Читаем Ленина ("Задачи пролетариата в нашей революции" 10 (23) апреля 1917 г.): «Чтобы не дать восстановить полицию, есть только одно средство: создание всенародной милиции, слияние ее с армией (замена постоянной армии всеобщим вооружением народа). В такой милиции должны участвовать поголовно все граждане и гражданки от 15 до 65 лет, если этими примерно взятыми возрастами позволительно определить участие подростков и стариков… Не дать восстановить полиции; привлечь организационные силы всего народа к созданию поголовной милиции — таковы задачи, которые пролетариат должен нести в массы в интересах охраны, упрочения и развития революции». То есть вместо кадровой полиции вопросы правопорядка (а заодно и обороны) должны были решать в свободное от основной работы время поголовно вооруженные граждане и гражданки с момента достижения 15 лет. Руководствуясь, разумеется, революционным правосознанием. Воплощение этого бреда закономерно вело к хаосу и от него закономерно же в конце концов ушли. Но в голове Ленина было вот такое.