Олег Макаренко (olegmakarenko.ru) wrote,
Олег Макаренко
olegmakarenko.ru

Category:

Почему уроки труда в школах обычно плохи



Герман Клименко пишет, что в советских школах детей приучали к труду. Цитирую (ссылка):

В СССР школьное образование было… ээ… целым комплексом всяческих обязанностей, с образованием особо и не связанных. Уборка класса по графику дежурств, "практика" (перетаскивание хлама из подвала в соседний детсад), "общественно полезный труд" — мытьё столовой вместо уволившейся уборщицы и т.п. Это я не считая пионерии и всего с ней связанного, включая сбор макулатуры и денег в фонд Мира.

Потом всю эту чушь отменили. Школа стала оказывать государственную услугу по предоставлению образования. И, в общем, это правильно. Дежурства по классу отменили — стали нанимать уборщиц. Общественно полезный труд само собой тоже. То есть, школа перестала требовать от школьников соучастия в хозяйстве, но зато стала брать деньгами. В частности, продлёнка стала платной. Платными стали ранее бесплатные кружки и секции. В иных государственных школах появились вообще платные классы.

Сейчас в Госдуму (что-то они зачастили) внесён законопроект, делающий "общественно-полезный труд" обязательной опцией — не участвовать в котором школьнику будет нельзя. (Кстати, не уверен, что в советской школе он юридически был обязателен). Пионерию в той или иной мере уже вернули. Вернули политинформацию (разговоры о важном). Сейчас хотят вернуть и трудовую повинность.



И действительно, если раньше на уроках труда в хороших школах учили чему-то стоящему — работать на токарном или фрезерном станке, например, — то теперь уроки труда (технологии) стали по большей части профанацией: или пилим лобзиком лист фанеры, или готовим презентацию в поверпойнте на тему «свойства текстильных материалов».

Оно и понятно.

Во-первых, за безопасностью детей начали следить, причём следить по-куриному бездумно, как в пропагандистских книжках про изнеженных барчуков. Школьники в среднем довольно глупы, при этом в каждом классе непременно найдётся пара совсем уж отчаянных дураков. Если подпустить таких к настоящему станку, пусть даже маленькому, будут травмы. А если будут травмы, то и трудовика, и завуча, и директора, и всю школу целиком нахлобучат по полной.

Проверяющим невозможно объяснить, что обучение реальному делу подразумевает некоторый риск. Поэтому трудовики, будучи адекватными людьми, в первую очередь пытаются обезопасить собственную задницу. Школьнику сложно нанести себе травму при «работе» лобзиком, напильником или компьютерной мышкой, следовательно, школа в безопасности. При этом никто не возмущается, что на уроках труда дети страдают бессмысленной ерундой — общество уже привыкло, что в школе вообще мало смысла.

Вся эта оранжерейная забота весьма вредна для детей. Укажу на одну из очевидных побочек гиперопеки: если школьник не получит травму на уроке труда, так значит он получит её позже, делая ремонт у себя в квартире, а трудовика, который мог бы уберечь от совсем уж опасных глупостей, рядом уже не будет.

Следующий фактор — неэффективность принудительного труда. Школьники плохо убирают, плохо собирают металлолом, плохо носят хлам на свалку и, вообще, плохо работают. В мире капитализма нет смысла привлекать школьников ни к какому реальному делу, так как профессионалы сделают любое дело лучше, быстрее и дешевле. В советские времена школа всё равно могла выгадать, так как труд школьников был для неё абсолютно бесплатен, а родители боялись жаловаться. Сейчас с мнением родителей приходится считаться, так что школе в итоге проще нанять уборщицу, чем заставлять школьников мыть вышеупомянутую столовую.

Также бесполезными стали для школ кабинеты труда. Во времена советского производственного бардака наличие парка станков и какой-никакой рабочей силы позволяло производить реально нужные в хозяйстве вещи, иногда даже дефицитные. Сейчас ни кривые табуретки, ни низкокачественные детали никому не нужны. Материалы стоят дороже, чем то, что неуклюжий школьник может из этих материалов выточить.

Таким образом, ситуация изменилась кардинально. Раньше приобщать детей к труду было безопасно и выгодно, сейчас — опасно и убыточно. Закономерный итог — вместо деревянных табуреток или стальных оконных петель школьники делают презентации.

Общество не понимает проблему, так как наивно предполагает, будто любой труд ценен сам по себе. Тут кроется главная ошибка и главная причина деградации уроков труда. Труд новичка имеет отрицательную цену, причём немалую. Чтобы дать школьникам нормальную работу, нужно не только изрядно потратиться, но и привлечь высококлассных педагогов.

Нельзя вот так просто оснастить кабинет труда станками или 3D-принтерами, запереть там стайку подростков наедине с трудовиком и оставить там «обучаться». Надо придумать хорошую учебную программу, которая снабдит школьников посильными, но интересными задачами, которые будут приближены к реальности, и которые будут давать видимость некого полезного результата. Золотые школьные практики — «вот тебе обрезок трубы, распили-ка его лобзиком пополам» — отбивают у детей всякое желание чему-то учиться, из-за чего школьники так и остаются до самого выпуска на уровне «принципиально не хочу ничего уметь». Нормальная программа предполагает продуманную и хорошо обустроенную лестницу обучения, преодолев которую, каждый середнячок овладевает базовыми навыками профессионального мастерства. К примеру, учится делать собственными руками мебель по типу икеевской, причём не на уровне табуретки, а на уровне красиво покрашенного комода с филенчатыми фасадами, который гости не смогут отличить от фабричного.

Вы уже видите сложности для школы, конечно. Фанера, доски и фурнитура стоят денег. Столярными инструментами можно пораниться, а на краску у некоторых аллергия. В каждом классе по 25 учеников, и хранить сотню-другую готовых комодов совершенно негде…

Повторюсь, организовать обучение труду хотя бы на удовлетворительном уровне довольно тяжело. Поэтому большая часть школ идёт по лёгкому пути. Не организует ничего, делая из уроков труда очередное картонное шоу по типу прочих предметов: «мы делаем вид, будто учим, они делают вид, будто учатся».

В некоторых школах, однако, увлечённые трудовики при помощи руководства проблему успешно решают. Например, договариваются с близлежащим производством и водят школьников туда на нормальную практику. Или, допустим, открывают при школе кафе, в котором школьники и готовят еду, и стоят на раздаче, и даже готовят бухгалтерскую отчётность для Налоговой.

К сожалению, таких школ немного, при этом проверяющие при минимальной настойчивости могут почти все подобные проекты прикрыть, ибо создатели нашего Трудового Кодекса убеждены, будто труд — это опасная болезнь, от которой несовершеннолетних надо всеми силами оберегать.

Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 112 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Recent Posts from This Journal