Олег Макаренко (olegmakarenko.ru) wrote,
Олег Макаренко
olegmakarenko.ru

Учебник логики (глава 3)

Освоение учебника Логики движется не так быстро, как я предполагал. Как всякий истинный учёный, Челпанов подходит к делу неторопливо и основательно.

Однако это неплохой повод поговорить про неоконченные дела.

Начну с Комплекса Сизифа, про который я прочёл про у Михаила Литвака.

Суть болезни следующая. Человек начинает какое-то дело, доводит почти до конца и... останавливается. Например, нормально учится в институте, но на последнем курсе внезапно переходит в другой институт или вообще всё бросает. Либо делает какой-то проект, практически завершает его, и вдруг переключается на что-то другое. Или, например, оформляет документы на ипотеку, собирает двадцать справок, и, когда остаётся собрать только одну, останавливается.

Короче, Сизиф закатывает булыжник почти на вершину горы, после чего упускает его из рук и печально тащится вниз за следующим булыжником.

Причина болезни, как утверждают психологи, родительская ревность. Когда родители завидуют успехам детей, дети это хорошо чувствуют. Например, девочка приносит из школы пятёрку, а мать морщится – «ну и что здесь такого? Посмотрим, что в четверти будет». А когда та же самая девочка приносит из школы тройку, мать обнимает её и сочувствует.

Постепенно у ребёнка вырабатывается привычка – ребёнок старается не огорчать родителей успехами, и принимает меры, чтобы этих успехов не добиваться. Например, заболевает перед решающими экзаменами. Или, как вариант, опаздывает на соревнования.

Думаю, излишне говорить, что сам ребёнок (или взрослый) не осознаёт причины своих поступков, и находит какие-то рациональные объяснения неудачам.

Впрочем, это только часть проблемы. Иногда люди бросают дела и «с другой стороны» – в самом начале. Например, тот же самый институт некоторые бросают на пятом, а некоторые – на первом курсе. И у тех, кто бросает институт на первом курсе, есть другая, более простая причина переключиться на что-нибудь новое.

Дело в том, что когда мы только начинаем чем-то заниматься, нам всё очень интересно. Мы узнаём кучу нового, и сразу быстро продвигаемся вперёд. Наш прогресс сразу виден. Успех обычно налицо.

Но проходит какое-то время, и наступает то, что спортсмены называют «плато». Быстрые успехи новичка заканчиваются, и начинается спокойная, медленная работа. Многие люди в этот момент стремятся сменить вид деятель­ности и попробовать что-то такое, где они снова получат быстрый успех.

Так вот. Если бы я забросил Челпанова сегодня, в начале учебника, я бы забросил его именно по этой причине. Однако не таков старый еврей Фриц, чтобы бросать дела на полпути и менять лошадь на переправе. Как специалист по финансам, могу Вам сказать со всей определённостью – мало что может сравниться по дороговизне с неоконченными делами.

Поэтому, плавно возвращаемся к Логике:

Глава 3. Содержание о объём понятий

Начнём с того, что у понятий есть признаки. И признаки делятся на основные, которые присущи понятию всегда, и второстепенные, без которых понятие вполне может и обойтись.

Например, гладко выбритый череп – это основной признак для скинхеда. А вот умение играть на пианино – это для скинхеда второстепенный признак. С другой стороны, для пианиста выбритый череп, наоборот, будет второстепенным признаком. Основным признаком для пианиста будет умение играть на пианино.

Далее Челпанов предлагает нашему вниманию некие пять классов понятий, которые исходят «из времён Аристотеля». Мне, кстати, непонятно, кто таки придумал эти пять классов. Сам Аристотель? Его учитель Платон? Или его ученик Александр Македонский?

Жаль, что Георгий Иванович уже умер, и вряд ли ответит на мой вопрос. Ладно, вот эта пятёрка.

1. Родовой признак

Родовой признак я бы на месте древних греков назвал родительским. Проще говоря, родовой признак – это признак, который включает в себя наше понятие.

Например, признак «преступление» для понятия «изнасилование» – это родовой признак. Изнасилование – это всегда преступление, однако существуют и другие преступления, кроме изнасилований.

2. Видовое различие

Видовое различие – это такой признак, который отличает наше понятие от других.

Например, когда мы говорим, что «изнасилование – это преступление, при котором жертву сношают», признак «при котором сношают» – видовое различие. Это различие отличает изнасилование от других преступлений, таких как кража или убийство.

Согласно определению Челпанова,

видовое различие служит, чтобы выде­лять понятие из ряда ему подобных

То есть, в нашем примере, признак «при котором сношают» выделает изнасилование из ряда других преступлений.

3. Вид

Если мы соединим два предыдущих признака – родовой признак и видовое отличие – мы получим вид.

Например, «орган, покрытый эмалью» – это зуб. «Орган» – родовой признак. «Покрытый эмалью» – видовое отличие.

И это можно (и нужно) использовать, чтобы давать определения.

Например: «Паша – это вон тот дрищ с большими ушами». «Вон тот дрищ» указывает нам на некую расположенную поблизости группу дрищей, среди которых находится и Павел. «Большие уши» – это видовое отличие, которое отличает Павла от всех остальных дрищей.

Ещё определение: «паяльник – это прибор, служащий для извлечения информации».

4. Собственный признак

Собственный признак присущ всем вещам данного класса, как и существенный признак. Однако, в отличие от существенного признака, собственный признак не нужен нам, чтобы определить вещь.

Например, существенный признак гаишника – это служба в ГИБДД. Ну а его собственные признаки – это наличие удостоверения и полосатой палки. Эти собственные признаки выводятся из главного (существенного) признака – службы в ГИБДД.

5. Несобственный признак

Несобственный признак также присущ всем вещам данного класса, однако его нельзя вывести из существенного признака.

Например, несобственный признак гаишника – это откормленная ряха. Признак несобственный, так как мы не можем вывести откормленную ряху из службы в ГИБДД.

Несобственные признаки, в свою очередь, делятся на неотделимые несобственные признаки и отделимые несобственные признаки.

Например, отличное знание и соблюдение правил дорожного движения – это неотделимый несобственный признак гаишника. Согласно статистике штрафов, гаишники крайне редко нарушают ПДД.

А вот неподкупность – это отделимый несобственный признак гаишника. Так как, увы, встречаются ещё на дорогах оборотни с жезлом, которые берут взятки.

По отношению к людям признаки тоже могут быть отделимыми и неотделимыми, но уже, насколько я понял Челпанова, в другом смысле.

Например, одноглазость – это неотделимый признак человека. Новый глаз у человека не вырастет, сколько ни старайся. А вот алкогольное опьянение – это отделимый признак. С большой долей вероятности, через какое-то время человек протрезвеет.

Содержание и объём понятий

Содержание понятия – это то, что у понятия внутри. Например, внутри понятия «собака» мы мыслим «четвероногая», «хвостатая», «с шерстью» и ещё много других признаков. При этом надо понимать, что содержание понятия будет одним для пограничника, и совсем другим – для повара-корейца.

Объём понятия – это виды, на которые можно понятие расчленить. Например, объём понятия собака – это болонка, бультерьер, бульдог и так далее.

Чем больше у понятия содержание – тем меньше у него объём, и наоборот. Например, если мы добавим собаке признак «крупная», нам придётся вычеркнуть из её объёма болонку. А если мы включим в объём понятия вид "лошадь Пржевальского", то наше понятие из "собаки" превратится в "четвероногое". При этом содержание понятия станет меньше. Например, нам придётся вычеркнуть признак "имеет лапы".

Георгий Иванович по какой-то причине полагает эту тему – объём и содержание – сложной для понимания. И даже пишет, что греческий философ Порфирий попытался нарисовать какое-то хитрозадое дерево, чтобы объяснить, чем отличается содержание понятия от объёма понятия. Но лично я ничего в этом дереве не понял.

Ограничение и обобщение

Мы можем манипулировать понятием, ограничивая его и обобщая. Чтобы ограничить понятие, надо добавить ему какой-нибудь видовой признак. Чтобы обобщить понятие, нужно ему какой-нибудь видовой признак отрезать.

Например, чтобы ограничить понятие «иудей» нужно добавить ему какой-нибудь признак. Например, «улыбчивый». Согласитесь, «улыбчивых иудеев» меньше, чем просто «иудеев».

Чтобы обобщить понятие «иудей», нужно убрать у него какой-нибудь признак. Например, уберём признак «исповедающий иудаизм». Получится просто «мужчина». Ну а мужчина – это большее понятие, чем иудей, так как пока ещё не все мужчины являются иудеями.

На этой жизеутверждающей ноте третья глава учебника Логики завершается. От себя же хочу добавить, что Челпанов почему-то совсем ничего не пишет про ещё один вид понятий – про воровские понятия, знание которых так важно в некоторых трудонодоступных местах.

Update: sredni_vashtar прислал замечательную иллюстрацию к материалу про основные признаки.

Маленький мальчик залез на стройку, нашёл там маску сварщика. Одел маску, вылез наружу. Тут останавливается волга, за рулём какой-то потный, мерзко улыбающийся тип:
-- Мальчик, давай покатаемся!
Мальчик садится в машину, взрослый начинает его расспрашивать:
-- Мальчик, а ты знаешь, что такое минет? А ты знаешь, что такое пенис?
-- Ну, дяденька, я ведь не настоящий сварщик!


Мораль истории в том, что владение этими понятиями (минет и пенис) не являются для сварщика основными признаками. Для сварщика это -- второстепенные признаки.

Вот если бы извращенец спросил мальчика, знает ли он, что такое "электрод" и "инвертор" -- мальчик был бы вправе оправдать своё незнание тем, что он не настоящий сварщик.
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 21 comments

Recent Posts from This Journal