Большая часть сколько-нибудь развитых стран планеты стремительно вымирает. Израиль — пока что нет, причём даже у светских евреев рождаемость была до недавнего времени относительно высока: около двух детей на семью. Очень хороший показатель для нашей упаднической эпохи… хотя он и падает: сейчас, кажется, уже скорее 1,6–1,7. При этом недвижимость в Израиле дорогая, социалка — скудная, уровень жизни — довольно средний, даже если не учитывать постоянные войны с соседями. Это значит, что популярный инфантильный план — «дайте денег, тогда рождаемость попрёт» — в Израиле реализован не был. В докладе «Израильское чудо» от ЦАМТ ( ссылка , via ) копнули глубже, указав на настоящую причину местного демографического чуда. Как выяснилось, всё просто: в Израиле травят семьи, где меньше трёх детей. Малодетность, то есть семья с одним–двумя детьми, воспринимается местным обществом как неполноценность. Иметь меньше трёх детей стыдно, а так как никто не хочет, чтобы на него смотрели с жалостью или с презрением, народ прикладывает усилия, чтобы завести хотя бы троих. Собственно, если отвлечься от политкорректной чуши, становится ясно, что ребёнок — это понижение материального уровня жизни. Муж и жена зарабатывали по 100 монет и тратили по 100 монет. Тут у них рождается ребёнок, и денег становится в три раза меньше: не 200 монет на двоих, а 100 монет (зарплата мужа) на троих. По 33 монеты на члена семьи. Чтобы перебить это падение, нужно одно из двух. Вариант 1 . Семья должна иметь крепкий внутренний стержень, позволяющий смотреть на жизнь философски, радоваться возне с детьми и игнорировать временные потребительские трудности ради долгосрочных целей. Таковых семей сейчас меньшинство: может быть, несколько процентов от популяции. Большинству либо вообще ничего не надо за пределами пива и сериалов, либо надо, но в виде дорогих автомобилей и заграничных отпусков, причём прямо сейчас, а не через 20–30 лет. Вариант 2 . Ребёнок должен давать мощную прибавку в статусе. Достаточно весомую, чтобы многодетная мать могла смотреть сверху вниз на свою соседку, которая ездит на новом мерседесе, но при этом не имеет достаточного количества детей. Сейчас в большинстве стран дедушка Дарвин работает по первому варианту. Действует новый естественный отбор: если в далёком прошлом размножался тот, кто лучше добывал еду, то сейчас размножается тот, у кого больше сознательности и целеустремлённости. В США жители бедных гетто не размножаются, равно как и благополучные обитатели жирных субурбий. И те, и те постепенно сдают позиции членам религиозных общин, которые играют вдолгую. В Израиле, однако, невольно выбрали второй вариант: общество выдаёт «детным» семьям прибавку в статусе через импровизированную травлю малодетных семей. Примерно так в советских колхозах дискриминировали мужчин, не прошедших срочную службу в армии. Девушки считали, что с таким парнем что-то неправильно: «не служил — не мужик». Обратите внимание: в Израиле никто не даёт за рождение ребёнка сертификат на покупку квартиры или что-нибудь в этом роде. Полномасштабная материальная стимуляция рождаемости невозможна: чтобы компенсировать расходы времени и сил на ребёнка никаких денег не хватит. Единственный рабочий способ обеспечить прибавку в статусе — дискриминация. Звучит крайне нетолерантно, я согласен. Именно по этой причине, думаю, в публичном поле будут отрицать очевидное до последнего. Маленькая проблема для тех, кто хотел бы вымирать с комфортом, заключается в пенсионной системе. Дело в том, что всеобщая пенсия — это разновидность финансовой пирамиды, которая устойчива только в том случае, если население относительно молодо и растёт. Когда страна вымирает, пенсионеров постепенно становится больше, чем работающих, и бюджеты пенсионных фондов начинают трещать по швам. Отсутствие пенсий, в свою очередь, переводит общество на «израильские» рельсы явочным порядком: дети становятся статусным атрибутом, так как одинокие пенсионеры по умолчанию погружаются в нищету.