Немецкие национал-консерваторы набирают силу

«Альтернативу для Германии» в западных СМИ — а вслед за ними и во многих наших СМИ — принято представлять чуть ли не как духовных наследников Гитлера. Это ошибка.

В АдГ и вправду есть зигонавты, однако они находятся там в сугубом меньшинстве и не определяют политику партии. Голосующих за АдГ любителей австрийской живописи можно грубо разделить на два типа.

Первый типаж — обычный любитель твёрдой руки. Прадедушка у такого был членом НСДАП, так как на пике в партии Гитлера состояли 10 млн немцев, то есть почти всё интересующееся политикой население страны. Такой немец не знает историю, поэтому думает, будто Гитлер был за всё хорошее и против всего плохого: строил автобаны, боролся с внутренними врагами Фатерлянда, развивал экономику и сделал Германию самой мощной страной в мире. Кем реально были нацисты, и какую конкретно политику они проводили, такой немец не знает, зато он знает, что Гитлера ненавидят открытые враги Германии. Он думает (не вслух, разумеется) примерно так: «если ЭТИ против Гитлера, то я — за». За партию АдГ первый типаж голосует не потому, что считает её наследником НСДАП, а потому, что ему нравятся лозунги АдГ.

Второй типаж — настоящий неонацист, разделяющий идеи «Майнкрафта» и мечтающий попасть на машине времени в 1933 год, чтобы мудрыми советами помочь фюреру выиграть Вторую мировую войну. Таковых в партии гораздо меньше, но они активнее. АдГ для этого типажа — выбор по принципу «все остальные партии против Германии, а этой управляют бесхребетные дураки, но они хотя бы за наш народ». Этот типаж находится в АдГ на правах ситуативного союзника: предположу, что как только АдГ придёт к власти, неонацисты будут изгнаны из партии или сами отпочкуются от неё.

Между АдГ и партией Гитлера есть принципиальные отличия. Во-первых, НСДАП была рабочей партией национал-социалистов, тогда как АдГ не социалисты, а национал-консерваторы. Социалистические идеи тотального контроля государства над экономикой, уничтожения «нетрудовых доходов», сломления «процентного рабства» и прочего из знаменитых «25 пунктов» 1920 года национал-консерваторам не близки.

Во-вторых, АдГ отвергает идеи расовой чистоты и «жизненного пространства»: это просто не их тема. Левые агитаторы пытаются представить дело так, что раз АдГ против насильственного насаждения «разнообразия», так значит партия за измерение черепов. Нет, АдГ считает глупым и то, и то. Воевать за новые земли партия тоже не собирается: её планы не простираются дальше обустройства нынешней территории Германии.

Если упростить, то программа у АдГ такая:

1. Реэмиграция. Массовая высылка нелегалов, усложнение выдачи гражданства, нулевая терпимость к преступлениям мигрантов, отмена пособий иностранным тунеядцам и тому подобное.

2. Запрет политизированного ислама с одновременным принятием «интегрированных мусульман», которые ходят в мечети, но не пытаются сделать Германию мусульманской страной.

3. Выход из Евросоюза или демонтаж Евросоюза в рыхлую структуру по типу нашего СНГ. Выход из Еврозоны, возвращение немецкой марки.

4. Запрет зеленобесия, реабилитация угля и атома, перезапуск «Северных потоков», облегчение бюрократического и налогового бремени для бизнеса.

5. Борьба с радугой, радикальным феминизмом и прочей левой повесткой. Ровно два пола, нуклеарная семья из отца, матери и детей. Возврат к нормальности.

Многие немцы убеждены, что Германия оккупирована евробюрократами, которые уничтожают немецкий народ, в том числе и через замещающую миграцию. Денег у немцев также становится меньше, что особенно обидно на фоне репортажей про «беженцев», которые получают пособия и жируют напоказ, снисходительно объясняя немцам, что их работа — платить и каяться, и что Германия больше не их страна.

Лирическое отступление. Наши популисты утверждают, будто и в России то же самое. Нет, не то же самое. Даже не близко, даже не 5% от уровня немецкой катастрофы. В России есть текущие проблемы с мигрантами и с диаспорами, но они решаются (хотя последствия советской «дружбы народов» и тормозят оздоровительный процесс). Однако если составить список главных проблем России, то мигранты, пожалуй, даже в первую десятку не войдут… если, конечно, смотреть на реальные цифры и факты, а не на реплики пиарящихся на теме политиков.

Вернёмся в Германию. Евробюрократы долго сдерживали и маргинализировали пронемецкие партии: даже зарегистрироваться АдГ смогла только в 2013 году, когда немцам стало совсем уж нехорошо. Однако рейтинги партии растут, а информационная блокада рвётся то здесь, то там.

В прошлом году АдГ уже взяла на федеральных выборах 21% голосов, хотя и не получила почти никакой реальной власти. Теоретически ХДС/ХСС, СДПГ и «Зелёные» — это три разных партии, однако на практике все они являются представителями оккупационных властей, поэтому каждый раз объединяются, чтобы удержать реальных представителей немцев за санитарным кордоном.

Сейчас АдГ показывает в опросах огромные 28% поддержки: это первое место в рейтинге, самая популярная партия Германии. Образуется практически революционная ситуация: немецкий народ хочет видеть у власти АдГ, но европейские бюрократы не готовы дать оккупированным немцам ни одного властного рычага.

Против партии идут суды: её даже обвиняют в правом экстремизме, что смешно, так как ещё лет 30–40 назад тезисы АдГ считались бы в Германии умеренно левыми. Ещё АдГ пытаются притянуть за уши к Гитлеру, о чём я уже упомянул выше. Наконец, АдГ обвиняют в дружбе с Россией, что тоже глупо, так как они точно не наши друзья. У России сейчас вообще ровно одна дружественная партия за рубежом — Трудовая партия Кореи.

Если АдГ придёт к власти, она попытается прекратить вредные для самой Германии практики типа поддержки Киева, но не более того. В лучшем случае мы можем рассчитывать, что Германия под управлением АдГ станет для России аналогом эрдогановской Турции: в каких-то аспектах союзником, в других — соперником или врагом.