Олег Макаренко (olegmakarenko.ru) wrote,
Олег Макаренко
olegmakarenko.ru

Categories:

Возврата в СССР не будет



Партия ностальгирующих проиграла. В ходе СВО стало ясно, что доставшиеся нам в наследство от СССР структуры — оборонные заводы и НИИ, например — не очень-то хорошо справляются со своими обязанностями. Последние 30 лет нам говорили примерно так: «да, в мирное время плановая экономика слаба, но зато, когда стране надо, она показывает чудеса эффективности».

Что же, практика показала, что чудеса эффективности — это миф. Командная экономика неэффективна в любом случае. Причина в том, что никто не отвечает за результат, из-за чего штаты несуразно раздуваются, инженерам ставят зарплаты в 25 тысяч рублей, и большая часть дельных кадров уходит в нормальные места. Хорошо по этому поводу, хоть и с матерными словами, написал вчера Алексей Антонов (ссылка 1, ссылка 2).

Так вот. Доставшиеся нам в наследство от СССР структуры проявили себя не очень ярко. И наоборот, частный капитал буквально спас экономику России, выдержав удар 20 тысяч санкций, как дождь из пенопластовых горошин. Потому что бизнес, встав перед новыми проблемами, не побежал к государству жаловаться и не опустил лапки вниз, а перестроил свои деловые процессы таким образом, чтобы продолжать работать, выпускать продукцию и получать прибыль.

Как итог, в 2023 влияние разных групп в стране меняется сообразно с их реальной пользой для государства. Важные принцы Госплана готовятся к почётной пенсии. Бизнес получает повсюду зелёный свет.

Меня вчера спросили в комментариях, чем плох Госплан… Помните, у Пушкина:

Гвоздин, хозяин превосходный,
Владелец нищих мужиков…

Вот это — то будущее, которое нам готовили сторонники мобилизационной экономики. Они себя видели в роли Гвоздина, имеющими персональную дачу и квартиру в Доме на Набережной, а нам с вами отводилась роль «нищих мужиков», работающих за пайку на государство, то есть на них.

Госплан — это когда плохому руководителю дают денег, а он всё портит, но потом очень убедительно объясняет, что его вины тут нет, а виноваты исключительно сложные обстоятельства, и потому на следующий год денег надо ещё больше. Хорошему руководителю, с другой стороны, Госплан мешает, так как навыка проскальзывать в высокие кабинеты у него нет, и шансов встать во главе завода, соответственно, тоже нет. И наоборот. Рынок отторгает плохих руководителей, так как собственник или увольняет их, или разоряется. Хорошие же руководители отлично чувствуют себя на рынке без государства — желающих вложить деньги в прибыльный бизнес предостаточно.

Таким образом, разница между Госпланом и рынком — это разница между плохим и хорошим управлением. Мне больше по душе хорошее управление. В том числе потому, что сейчас у меня свой бизнес, тогда как в командной экономике я был бы сейчас вообще руководителем не был. Я умею только работать, способностей к кабинетной дипломатии у меня нет.

Владимир Путин уже расстроил ностальгирующих пару недель назад, заявив, что плановая экономика неспособна добиться тех результатов, которых достигла рыночная. Цитирую (ссылка):

И – не было бы счастья, но несчастье помогло – освобождается тогда, когда, откровенно говоря, наша экономика, бизнес, частный бизнес, да и государственные предприятия окрепли настолько, что они достаточно легко – в основных отраслях спокойно – занимают эти ниши. Такой прыти от нас, похоже, никто не ожидал. Отсюда, кстати говоря, и состояние рынка труда лучше, чем когда бы то ни было, и рост экономики отсюда, рост промышленного производства.

Да, есть проблемы, мы их видим в среднесрочной перспективе. Мы понимаем, что там происходит в станкостроении, комплектующие – все понимаем. Но тем не менее все цепочки восстанавливаются, работа идет. Удивительно – даже для меня, – но это результат зрелости наших людей, особенно в предпринимательском сообществе, их инициативы и таланта. […]

Но если не было создано за последние годы этой «касты», предпринимательского сообщества, наверное, результат был бы другой. В плановой экономике, мне кажется, было бы невозможно добиться результатов.



Та майская реплика вызвала бурю возмущения, которое не утихло до сих пор. Вчера же наш президент дополнительно к этому заявил, что и возврата к советской системе образования тоже не будет (ссылка):

В ходе встречи с премьерами ЕАЭС он заявил, что Россия предложила развивать в рамках объединения «свободу знаний», что означает внедрение общих принципов и стандартов.

«Это совсем не значит, что мы должны вместе с вами — а мы все родом из Советского Союза — вернуться к советской системе образования и талдычить какие-то постулаты 30-летней или 50-летней давности. Совсем нет», — отметил президент.

По словам Путина, необходимо опираться на фундаментальные основы собственной системы образования, но при этом «двигаться вперёд, брать самое лучшее, что есть в мире и создавать своё».



И действительно, советская система образования стала шагом назад по сравнению с дореволюционной — в первую очередь из-за кадровой катастрофы и из-за привнесения в неё социалистических принципов, когда оценки ставили не тем, кто знает, а тем, кто классово близок. В позднем СССР проблемы отчасти смягчились, так как с кадрами стало полегче, отчасти усугубились, так как блат распространился до невозможности, и так как появился, например, феномен «колмогоровщины», когда школьникам начали подсовывать вместо учебников малопригодные для обучения заумные справочники.

Российская система образования, опять-таки, изменилась. Некоторые проблемы советской школы ушли или смягчились, на их место пришли новые. К примеру, учебники у нас сейчас из-за издательских лоббистов очень плохи, хуже даже поражённых марксизмом сталинских. Также учеников перестали выгонять из школ и оставлять на второй год, что позволило многим перестать учиться вовсе, заражая своей леностью остальных. С другой стороны, появился ЕГЭ — отличный инструмент для борьбы с институтом любимчиков и с коррупцией.

Возвращаться в любой из вышеупомянутых периодов было бы глупо, так как в любом десятилетии были минусы, причём очевидные. Однако и сказать как надо я тоже не готов. Реформа этого исполинского монстра, системы образования, явно требует более компетентных людей, чем я. Смогут ли эти самые компетентные люди пробиться сквозь интересы многочисленных лоббистов, крепко держащихся в своих креслах, другой вопрос.

Впрочем, образование — тема для отдельного обсуждения. Сегодня я о другом. Если в 2022 многие ещё мечтали о развороте на 180 градусов, в сторону «мобилизационной» экономики крепостных и азиатского способа производства, то теперь, в 2023, эти надежды можно надолго хоронить. Полагаю, лозунг «умные нам не надобны, надобны верные» потерял свою актуальность как минимум на ближайшие 10-15 лет.


PS. Чтобы два раза не вставать. Когда я писал о высоком качестве дореволюционного образования, я основывался не только на мнении советских учёных, которое могло быть субъективным, дескать «раньше было лучше». Суровые факты показывают, что Россия до 1917 была одним из двух лидеров в области высшего технического образования, наравне с США. Цитирую (ссылка):

…можно сравнить, как развивалось высшее образование вообще и техническое в частности, в России и в Германии. В 1895 году в Германии было 38,3 тыс. студентов, а в 1911 г. их насчитывалось 71,5 тыс. человек. За 16 лет количество студентов выросло на 87%.

В России по отчетам министерства народного просвещения в 1897/98 году училось 31,4 тыс. студентов, а в 1913/14 году 123,5 тыс. студентов – рост за 16 лет на 293%, почти в 4 раза. При этом Д.Л. Сапрыкин отмечает, что в это число не вошли студенты вузов, относившихся к другим ведомствам. Если их учитывать, то общее количество студентов в России накануне Первой мировой войны составляло 141,5 тыс. человек ‒ вдвое больше, чем в Германии. В расчете на 10 тыс. жителей количество студентов в России выросло за эти годы с 3,5 до 8 и сравнялось с показателем Великобритании.

Количество студентов технических институтов Германии в 1895 году составляло 6,9 тыс., а в 1911 году 11,2 тыс. человек. В России в технических вузах учились в 1897/98 учебном году 6 071, а в 1913/14 году 23 329 студентов, их количество за 16 лет практически учетверилось. Если в конце XIX века в России было несколько меньше студентов технических специальностей, чем в Германии, то накануне Первой мировой войны уже вдвое больше. К 1914 году Россия и США были мировыми лидерами в области высшего технического образования.

О квалификации русских инженеров говорит тот факт, что после революции множество из них вошли в золотой фонд научно-технических кадров зарубежных стран. Можно вспомнить создателя сначала многомоторного бомбардировщика, а потом и вертолета И.И. Сикорского, создателя телевидения В.К. Зворыкина, создателя видеомагнитофона А.М. Понятова и многих других.

Между 1917 и 1925 годами Россия потеряла в разных секторах «высокотехнологичной» промышленности от 70 до 90 процентов наиболее квалифицированных кадров. Например, из 75 российских специалистов, которые вместе с И.И. Сикорским работали над созданием первого в мире многомоторного бомбардировщика «Илья Муромец», 1 погиб до 1917 года, 25 погибли между 1917 и 1924 годом, 32 эмигрировали. Только 17 человек из 75 остались работать в СССР, причем 8 из этих 17 были репрессированы.


Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 393 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Recent Posts from This Journal