Олег Макаренко (olegmakarenko.ru) wrote,
Олег Макаренко
olegmakarenko.ru

Отнятая стоимость



Бизнес бывает разным. Если викинги снаряжают драккар, чтобы поменять моржовые канаты на бронзовые котелки, это бизнес. Если викинги снаряжают драккар, чтобы ограбить поселение в Британии — это тоже бизнес… с точки зрения викингов, во всяком случае.

С нашей, цивилизованной точки зрения не всё так просто. Обмен канатов на котелки мы считаем честным бизнесом, а вот грабёж британского поселения проходит для нас уже по категории преступлений. Можно было бы попытаться уточнить термин, сказав, что бизнес — это «законная деятельность, приносящая доход», однако тогда вышло бы, что, допустим, в одном штате торговля марихуаной — это бизнес, а в соседнем — уже нет.

Полагаться исключительно на уголовный кодекс нельзя. В одних странах могут быть вполне законны даже самые страшные преступления, в других странах закон готов преследовать честный и нужный людям бизнес.

Несколько лет назад я попытался разрешить это противоречие, введя понятие «отнятой стоимости». Я не претендую на лавры — наверняка кто-то из экономистов уже сформулировал нечто подобное ещё в эпоху арабских мыслителей. Тем не менее именно такой термин и именно на русском языке я раньше не встречал.

Суть идеи проста. Если в результате сделки выигрывают обе стороны, это бизнес. Если в результате сделки хотя бы одна из сторон проигрывает, это не бизнес.

Допустим, викинг поменял канат на котелок. Это бизнес — обе стороны выиграли. Допустим, викинг, угрожая мечом, забрал у англичанина золотое украшение. Это не бизнес — англичанин в итоге проиграл.

Перейдём на язык цифр. Сначала настоящий бизнес:

1. Канат и котелок были куплены за 3 монеты каждый.
2. Когда участники сделки вернутся в свои родные города, в Лондон и Тронхейм, канат с котелком будут стоить уже дороже, по 5 монет.
3. Добавленная стоимость составит 10 – 6 = 4 монеты.
4. Эту добавленную стоимость викинг и англичанин делят между собой.

Теперь псевдобизнес:

1. Золотое украшение стоит 20 монет, дом англичанина стоит 100 монет.
2. Когда викинг вернётся в Тронхейм, у него будет золотое украшение за 20 монет, а у англичанина не будет этого украшения. Также англичанину надо будет потратить 100 монет, чтобы заново отстроить сожжённый дом.
3. Добавленная стоимость составит 20 монет для викинга и -120 монет для англичанина.
4. Выходит, что викинг забрал свою долю не с прибылей, а с убытков. С отнятой стоимости.

Перенесёмся в нашу эпоху. Когда речь идёт, допустим, о стрижке голов, мы наблюдаем типичный бизнес. Клиент добровольно отдаёт 500 рублей и получает взамен остриженную голову, стоимость которой для него выше, чем потраченные 500 рублей. Возникает добавленная стоимость, которую клиент и покупатель в каких-то пропорциях делят.

Когда речь идёт о пенсионере, которому впаривают пылесос за 200 тысяч рублей, это уже псевдобизнес. Пенсионер покупает за 200 тысяч рублей вещь, которая реально стоит 10 тысяч, вырабатывая таким образом -190 тысяч отнятой стоимости. Из этих убытков, из этих 190 тысяч рублей, мошенник и забирает свою долю.

Не является бизнесом и скупка цветного металла в том виде, в котором она существовала на просторах постсоветской России. На первый взгляд, сделка честная — деклассированный элемент сдаёт двигатель от лифта, получая взамен сумму, которой ему хватает на обильную выпивку. Вместе с тем если добавить в сделку третью сторону, — жильцов дома, — мы обнаружим, что общий итог сделки отрицателен. Жильцы потеряли двигатель стоимостью в 100 тысяч рублей, скупщик заработал 5 тысяч, а воришка — 1 тысячу. Итого минус 94 тысячи.

На всякий случай: суть тут не в том, что общая сумма отрицательна, а в том, что хотя бы одна из сторон получает убытки. Так, например, если бы викинг не стал сжигать дом англичанина, и если бы он продал потом украшение в Тронхейме за 30 монет, общая сумма сделки была бы положительной: минус 20 для англичанина и плюс 30 для викинга. Тем не менее это всё равно был бы грабёж, а не бизнес, ибо вместо добавленной стоимости англичанин получил отнятую.

Когда у нас говорят про поддержку бизнеса, особенно малого бизнеса, у меня сразу возникает вопрос — идёт ли речь о добавленной или об отнятой стоимости?

Ларёк — это бизнес. Ларёк, торгующий водкой и сигаретами — уже нет, он создаёт для общества больше проблем, чем пользы. Ларёк с шавермой — это бизнес. Ларёк с шавермой и антисанитарией — уже нет. Автомойка — это бизнес. Автомойка, сливающая токсичные отходы туда, где им не место — не бизнес.

С широкой точки зрения не являются бизнесом и продажа сладкой газировки, и производство жевательной резинки, и выдача потребительских кредитов бестолковому населению: от того, что какая-то из сторон добровольно соглашается терпеть убытки, они не перестают быть убытками.

Подведу итог

Согласно моему определению, полноценный бизнес — это бизнес, который живёт за счёт создания добавленной стоимости. Если бизнес создаёт не добавленную, а отнятую стоимость, — хотя бы для одного из участников сделки, — это уже не бизнес, а нечто иное.

Именно такого рода псевдобизнес обычно рисуют на своих плакатах агитаторы, продвигающие лозунги в духе «грабь награбленное».

PS. Это пятидесятая статья из серии «Размышления о ведении бизнеса в России». Другие статьи серии можно найти вот здесь:

http://fritzmorgen.livejournal.com/tag/Размышления о ведении бизнеса в России

Tags: Размышления о ведении бизнеса в России
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 414 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →